тел. (495) 507-70-47 | promalpinizm@narod.ru

 

 












Бригада опытных альпинистов из Москвы выполнит любые высотные работы в короткие сроки, качественно и по невысоким ценам.



Все об удалении деревьев

Поиск
    

Rambler's Top100


ПРОФЕССИЯ - ПОКОРЯТЬ ВЫСОТУ

 

Ольга Платонова
·································································

В районе Храма Вознесения Господнего в воскресенье прошел оригинальный турнир. Его приурочили одновременно и ко Дню строителя, и ко Дню физкульутрника, потому что по датам - как раз посередине.

На специальной вышке, установленной на берегу Урала для тренировок скало- и ледолазов состязались в профессиональных навыках сотрудники ЗАО «Промвысота».

Профессиональное

Требовалось от каждого на первый взгляд немного – залезть как можно быстрее по отвесной стене (местами – с отрицательным уклоном) на высоту 30-35 метров. Позаимствованное у скалолазов специальное страховочное снаряжение сделало задачу безопасной, но простоты не добавило – из 120, принявших участие в состязании участников с заданием справились только (?).

Одной из самых юных строительных профессий от роду всего-то лет 10-15. Свою историю она ведет с довоенных лет, именно тогда в регионах с развитыми школами альпинизма: Свердловске, Санкт-Петербурге – альпинисты начали искать применение своим навыкам, сначала на окраске мачт, вышек, дальше – больше. Более интенсивно развиваться промальпинизм стал в перестроечные годы, и Магнитогорск не стал исключением:

Экспресс-интервью у инициатора состоявшегося турнира получила чудом. Организатор оригинального спортивного праздника был не на шутку занят: в перерывах между комментариями состязания, представлениями участников успел завоевать призовое место!

– Лично мы – группа магнитогорских альпинистов – начинали свою деятельность в 80-х годах, – вспоминал один из руководителей ЗАО «Промвысота» Мингалим Сибаев.

За это время в Магнитогорске промышленный альпинизм хорошо прижился. поскольку это выгодно: строительные операции, которые раньше выполнялись с применением строительных лесов, стали делать гораздо быстрее и дешевле. Пришли, навесили веревки и сделали работу. Стоимость и длительность процесса сокращается в разы. Сегодня промальпинисты выполняют практически все виды строительных работ на большой высоте.

И если раньше на нашем предприятии были только профессиональные скалолазы, то сегодня их ряды разбавлены спортсменами всех мастей. Здесь нашли себя после спорта многие магнитогорские атлеты: лыжники, легкоатлеты, ходоки. Ведь спортсмены умеют добиваться поставленных целей, умеют много и хорошо работать и мало болеют. Промальпинизм – работа не только интересная, но и тяжелая, местами – опасная, поэтому надежные люди в этой профессии востребованы, как нигде.

– А как у вас складываются отношения с инструкторами по технике безопасности?
································································································································

– Нормально. Инструкции по технике безопасности разработаны как в строительстве, так и на производстве, есть общероссийского масштаба, есть внутрикорпоративные. Все снаряжение постоянно проверяется, контролируется, процент несчастных случаев сведен к минимуму. Вновь прибывшие на предприятие новички проходят обязательную подготовку.

– Планируете сделать турнир постоянным?
································································································································

– Не могу загадывать, так как многое зависит от основной работы. Главное для нас – решать задачи производства, а на свои развлечения: время остается – делаем, нет, значит, нет. Соревнования – это, конечно, отдых, но отдыхать не всегда есть время…

Задуманный как небольшое внутрикорпоративное мероприятие, турнир превратился практически в семейный праздник: многие участники пришли с женами и детьми.

Обладателями призов – денежных премий – стали Анатолий Головин – среди непрофессиональных скалолазов, Антон Диденко – среди профи и Евдокия Афанасьева – среди дам.

Личное

Помните, – идете вы как-то по улице, и вдруг боковым зрением замечаете висящего на стене дома молодого человека. Что такое? – висит, удобно расположившись на крохотной досочке, мэн, стенку аккуратно так шпаклюет (или красит – не видно с земли, высоко висит). На одной-единственной веревочке висит, и не страшно, ведь, ему – у вас голова кружиться на него смотреть, а ему хоть бы что. Зрелище, вы тогда подумали, не для слабонервных.

Когда мне довольный муж сообщил, что теперь вот этим вот – «висит на стене и красит» – будет заниматься он сам, я не знала – радоваться мне или огорчаться. Ну, в том смысле, что не могла разобраться – горжусь я за него больше или боюсь. Он ведь подробно рассказывает, как учится со страховкой обращаться, да на какую высоту ему приходится подниматься, и как его там ветром качает; как отдачей от водного пистолета, которым стены моют, чуть с фермы не сбросило; и как все сверху маленьким кажется... Тем не менее, обдумывая ответ на частый теперь вопрос знакомых «не страшно ли мне за него», я прихожу к мысли, что о ежедневном риске я думаю меньше всего. Вернее, я не думаю об этом вообще. Я вижу, как он изменился (Боже, сделай так, чтобы статья не попалась ему на глаза, что я говорю-то такое) и повзрослел, и понимаю: не так много в этом, придушившем нас всех, урбанизме осталось места для настоящих мужских занятий. А они там, в этой своей «Промвысоте», ежедневно болтаясь между небом и землей, чувствуют себя настоящими мужиками, и их это, черт возьми, здорово украшает.

А ежедневное распитие спиртных напитков благоверным как-то незаметно прекратилось совсем – вместо алкоголя мы теперь в футбол играем. Это была не то, чтобы зависимость, нет, скорее, от скуки, от тоски по чему-то настоящему. Я же робко надеюсь, что сейчас у него есть не только настоящая мужская работа и настоящие товарищи, но и настоящие цели в жизни – не век же кисточкой и мастерком махать. А иначе, зачем он, этот ежедневный риск, нужен?

Сегодня я уже знаю, что промышленный альпинизм – это очень тяжелая работа. Данил говорит, люди оттуда практически не уходят. И дело не только в зарплатах, хотя за риск, признаюсь честно, платят неплохо. Тут другое – я поняла это очень отчетливо на прошедшем турнире.

Рыбка, говорят, стремится туда, где глубже, а человек – туда, где лучше. Он стремится туда, где ему хорошо, где он на своем месте, где он среди своих. Душевного комфорта все мы ищем, одним словом. Некоторым везет. Наблюдая собравшихся в ту субботу полазать по скалодрому промальпинистов, слушая «добрые» шутки про сыплющийся на головы стоящих внизу песок и короткие разговоры про то, «как надо цепляться» и «почему залезть не получилось», я поняла, почему они оттуда не уходят. Просто там на квадратный метр правильных мужиков чуть больше, чем в окружающей нас серой повседневности. И им в этой своей тусовке довольно комфортно – они же там все друг другу, как родные. Все – бывшие спортсмены, привыкшие много и хорошо работать, привыкшие к стрессу и к его преодолению, привыкшие в этом своем спорте к сильным ощущениям и победам. Затем им этот риск и нужен – подсевшие однажды на адреналин, они же от этого риска еще и кайф какой-то умудряются получать. Совмещают, так сказать, приятное с полезным.

На первом внутрикорпоративном мероприятии мужик мой занял второе место. Сначала он радовался, что дебют оказался удачным. Потом очень переживал, что не стал первым – всем известно, что серебряный призер всегда скорбит больше всех. А потом собрался лазать по этой стенке каждый день и обязательно стать в следующий раз победителем. Но вы знаете – меня лично вот такие тараканы в его голове очень даже устраивают. У человека есть цель – понимаете?